Сайт Юрия Мацука Странник

Главная страница

содержание

Мы увидимся нескоро, –
нас нескоро случай сводит...
Ах, прелестная синьора,
время лирика уходит...
                           В. Мантуш

вопросы размещения рекламы
strannik-tv@yandex.ru

 

Rambler's Top100

господа!... при
копировании материалов журнала Странник
ссылка на источник обязательна
!...

Поэзия: Мантуш Владимир

Поэзия никому не интересна. Рифмы поизносились. Образы поистерлись. Метафоры кочуют из стихотворения в стихотворение, от поэта к поэту, из века в век. Ску-котища! Духота! Невыносимо! Такого рода «сентенции» доводится слышать довольно часто. Что ж, они, в общем-то, справедливы, но только в применении к конкретному поэту, вернее, к человеку пишущему, как выражается один мой знакомый. И совершенно нельзя согласиться с этими утверждениями, если они обращены к Поэзии, как таковой. Потому что все, перечисленное выше, к ней, Истинной, не имеет ни малейшего отношения. Зато причастен Великой Тайны Поэзии поэт Владимир Мантуш. Не то чтобы этот поэт открыл нечто новое в стихосложении... Нет. Он довольно-таки традиционен, да и мотивы его творчества не новы — любовь, поэзия, родина, природа... Всё как у всех... Но все-таки, что-то «...не то... не ту... не так...», как пишет сам Мантуш. Попробуем разобраться...
                                                                                                        А. Судник *

           Р. S Моей Беляночке —
           Ирэн, посвящается

Мы увидимся нескоро, –
нас нескоро случай сводит...
Ах, прелестная синьора,
время лирика уходит.

Сердцу б отдыха немного,
а оно – в дожди и ветры...
Ты – разлука и дорога,
города и километры.

Извини! К родным истокам
скука гонит из столицы...
О немыслимо далеком
я слагаю небылицы.

... Кульминация сюжета
правит балом; может статься:
уходить внезапно, – это
уходить, но возвращаться.

Ты – надежда и опора,
впечатленья и желанья…
Ах, прелестная синьора, –
до свиданья! До свиданья!

Расстаёмся. Навсегда ли
расстаёмся? Неизвестно…
За окошком мчатся дали
и темнеет – если честно.


     *    *    *

Хребты деревьев обгорели,
туманы замерли… И тут
я вдруг подумал: “Неужели
всё отомрёт на самом деле,
когда безумные метели
с осенним холодом придут;
когда истлеет прелесть лета
в испуге завтрашнего дня,
забыв, что мир остался где-то
и солнце, жаждущее света,
и вдохновенье для поэта
и вдохновенье для меня;
и станет жаль, что не сумею
помочь причуде волшебства
расправить согнутую шею,
где листья сонные желтеют,
где я сливаюсь вместе с нею
в единый отклик торжества”.


        *     *     *
Непокорную, вредную, – лишь бы какую! –
возмущенной, обиженной, – лишь бы какою! –
в непролазные сумерки уволоку я.
и скорее всего далеко-далеко я.

Восхищаясь шедевром безумия – внемлю
отголоску мечты; и без тени смущенья:
– Эй, захлопывай книгу! Спускайся на землю!
Я достоин вниманья! Я жажду общенья!

Нас сближают стихи, и наверное, это
придаст мне весомость и делает имя.
Но, к несчастью, ты любишь какого- то Фета,
а куда интереснее Мантуш Владимир.

И пускай тишину нарушает пичуга,
и пускай докучает капризной невесте, –
лишь вдали от себя мы находим друг друга,
и, тем самым, всегда неожиданно вместе!


    *   *   *
Стужей зимней разлита улица,
звёздным блеском рассыпан мрак,
только гордый фонарь сутулится
бестолково среди двора.

Корни врезав вглубь одиночества,
предан разуму до конца,
и без имени и без отчества
не скрывает, как мы, лица.

То покается, то озлобится,
то с полёта моей руки
тень кривую воспеть торопится
человечеству вопреки.

Видно, доля его пропащая,
знает цену, и ко всему –
полусонная, полуспящая,
неподвластная никому.


      ЧУЖОЕ ЗЛО

Невзрачно, но неумолимо,— ступала прочь, ступала мимо.
Но, прежде шавка, то и дело, привлечь внимание хотела.
Смеялись с уличной уроды: — И голодна, и без породы.
И находя беднягу жалкой кидали кость и... били палкой.
И, удивленная немало, четвероногая хромала.
И дол, сторонкой, оглашая, брела поникшая, чужая...
Невзрачно, но неумолимо,— ступала прочь, ступала мимо.
Я наблюдал, и мне казалось, ей ничего не оставалось.

* * *
Губительный дым папирос
в несчастье – целебный нектар.
Мужчину терзает вопрос:
– любимая, разве я стар?

Скандальное кушанье – чай.
Вкусил, и, ей-богу, с тоской
выплёскиваю невзначай:
– да здравствует мир и покой!

… Расту. Понимаешь, расту;
(спасибо хорошим стихам!);
отсюда – отпетый хвастун,
поэтому – признанный хам.

Конечно, мы разные, но
союзник любви – компромисс;
и думать о смерти – грешно
и несвоевременно, miss.

Воспитанная суетой,
воспетая Музою, ты –
напрасно шумишь красотой
и жжёшь за собою мосты.

Разбитая чашечка – мне,
нежданному госту – цена.
(– По чьей, дорогая, вине,
уже не летает она?)

Твоя колокольня – набат
неопровержимых обид…
А люди нормальные спят.
А город огнями горит.


ДОЛЯ

Нашарьте нищему монету —
                      тому невмочь.
Нашарьте нищему, а нету,—
                       подите прочь!
Рабы утех и шоколада,
                       и сытых рож,—
бедняге лишнего не надо,
                       нашарьте грош!
Бедняге надобно немного:
                       лишь тот, да те...
Не экономьте, ради бога,
                       на доброте!
О снисходительности трубим,
                       беду губя...
И улыбаемся. И любим
                       себя, себя...

 

Странник ® 2008